Шесть утра в камне

Songtekst

[Intro] Шесть утра, и чай остыл на подоконнике Я опять считаю трещины на штукатурке [Verse 1] В подъезде пахнет пылью и чужим табаком, Дворник режет тишину железным совком. На кухне свет включён, но в нём никто не живёт, Твой номер в телефоне молчит и не зовёт. Я складывал слова в коробку из-под обуви, Там письма без отправки и планы недописаны. На стенке календарь застыл на декабре, И город мокрым поездом ползёт по темноте. Ты говорила: «Всё пройдёт, держись», А я держался так, что заболели кисти. Теперь в ладонях только холод от окна, И тёплое «прости», которое не сказано вчера. [Pre-Chorus] Если услышишь мой голос среди тишины, Не возвращайся — мы слишком устали. Я оставлю тебе все несказанные сны, Себе — эту комнату, полную дали. [Chorus] Шесть утра — и сердце снова не спит, За окном серый снег по стеклу шуршит. Я зову тебя тихо, почти без слов, Но в ответ только город и холод домов. Шесть утра — я учусь отпускать, Не искать твою тень на пустой кровати. Если боль — это память, пусть будет со мной, Я дойду до рассвета один, но живой. [Verse 2] В автобусе пустом отражается лицо, Я выгляжу взрослее, чем был ещё вчерашним днём. В кармане мелочь звякает, как маленький ответ, Что иногда спасает не любовь, а просто свет. Я видел твой подъезд из окна маршрутки, Не вышел — побоялся перепутать сутки. Ведь можно позвонить и снова всё сломать, А можно промолчать и наконец дышать. На кухне две кружки — привычка сильней нас, Одна стоит пустая уже который час. Я вымою её, поставлю в дальний шкаф, Не потому что разлюбил — а потому что сам себе не враг. [Bridge] И пусть рассвет войдёт без стука, Разбудит стены, пол и руки. Я не прошу вернуть тепло, Мне бы понять, куда оно ушло. [Chorus] Шесть утра — и сердце снова не спит, За окном серый снег по стеклу шуршит. Я зову тебя тихо, почти без слов, Но в ответ только город и холод домов. Шесть утра — я учусь отпускать, Не искать твою тень на пустой кровати. Если боль — это память, пусть будет со мной, Я дойду до рассвета один, но живой. [Outro] Шесть утра. Чай остыл. Я остался. И этого хватит, чтобы снова дышать.